Цыпленок а-ля Гарибальди


Пожилой мужчина пытался взобраться на валуны и, казалось, радовался, когда на камень удавалось вскарабкаться не сразу. Тогда он отходил, примеривался и, уже точно все рассчитав, оказывался наверху. Звали его Джузеппе Гарибальди, и было ему шестьдесят три года.

В 1867 году Джузеппе предпринял очередную попытку взять Рим, но был разбит французскими и папскими войсками под Ментаной и уехал на небольшой скалистый островок Капрера. В уединении народный герой Италии предавался воспоминаниям. В его жизни было все: и босоногое детство, и смертный приговор за участие в Рисорджименто, и эмиграция в Латинскую Америку, революция 1848 года, участие в войне с австрийцами на стороне Сардинского королевства, знаменитый поход 'Тысячи' за освобождение юга и вот теперь добровольная ссылка на Капрере.
Добравшись до конца мола, Гарибальди остановился, достал из кармана часы и, посмотрев на циферблат, присвистнул. Обе стрелки показывали полдень, а Джузеппе, как и большинство итальянцев, имел привычку рано обедать. В молодости он не обращал особого внимания на еду - что было, то и ел. Но с годами стал разборчив. И даже привыкший к деликатесам и как-то не по-мужски утонченный лорд Байрон недоумевал:
- Как вы можете столь горячо обсуждать, чем отличается мясо курицы от мяса цыпленка, когда ваш народ находится под пятой оккупантов?! Гарибальди с усмешкой отвечал:
- Уверяю вас, лорд, что даже те из моих соотечественников, кто, как вы сказали, находится под пятой, не перестают думать о хорошем обеде.
Потом этот спор вспоминался Гарибальди неоднократно, но он и сейчас не был уверен, что итальянцы предпочтут: свободу или макароны с сальсой из помидоров. А потому, когда бы ни началось наступление, заканчивалось оно всегда ко времени традиционного итальянского обеда.

Обратный путь Джузеппе преодолевал не менее бодро, и со стороны могло показаться, что это молодой паренек от безделья пересчитывает прибрежные валуны. Тем временем Гарибальди уже и думать перестал о вынужденной отставке, а пытался представить, какими блюдами его порадует верный Чезарио. И сегодня он за несколько часов до трапезы уже рисовал в своем воображении румяного цыпленка или мексиканский пудинг из инжира с сахаром.
Со своим ординарцем и поваром Чезарио Гарибальди познакомился в Южной Америке. Со временем отношения стали столь доверительными, что Чезарио позволял себе даже выговаривать хозяину, когда тот приглашал гостей на обед, не предупредив заранее.
- Ну, и чем я этих ваших итальянцев кормить буду? Цыпленком со спагетти? Или помидорами с чесноком?
- Чем накормишь, тем и накормишь, - Джузеппе научился не обращать внимания на ворчание ординарца. - А итальянцы - они не только мои, но и твои. Тридцать лет уже, как здесь живешь, а себя все, креолом числишь.
Когда они познакомились, обоим не было и тридцати, и команданте с интересом наблюдал, как меняются привычки и растет кулинарное мастерство его компаньона. Сам он никогда готовить не умел, но в еде разбирался. Знаменитого цыпленка а-ля Гарибальди Джузеппе просто-напросто пришлось придумать, ведь тогда повар готовил из рук вон плохо. Три недели кормил вареной курятиной. От такого 'разнообразия' любой взвоет. Вот Гарибальди и сорвался, выдал, как говорится, по первое число, а ординарец обиделся и огрызнулся:
- Я солдат, господин Гарибальди! Если не нравится, как готовлю, становитесь у костра и кашеварьте сами!
Первым желанием Джузеппе было выгнать этого напыщенного креола, предварительно надавав ему тумаков, но потом он подумал о том, что другого такого ординарца во всей Америке днем с огнем не найти, и встал у костра.
Поэтому он провел ревизию имевшихся продуктов. Запасы были более чем скудны - клетки с птицей, крупа, мука, банки со свиным жиром и остатки копченого мяса.
Гарибальди поморщился - мясо, хотя и законсервированное, вид имело неприглядный.
- Чезарио! - Гарибальди выругался. - Кто собирал провизию?
Ординарец оставался невозмутим:
- Я собирал лишь то, что умею готовить.
- А макароны?! - команданте повысил голос. - А макароны ты варить не умеешь?!!
- Я их из муки делать умею! - гордо парировал Чезарио и отправился восвояси, оставив на плите кастрюлю с очередной курицей.

...Гарибальди ничего не оставалось, как самому поработать поваром, чтобы хоть как-то разнообразить меню. Джузеппе улыбнулся, вспомнив, что он забыл добавить яйца в тесто и макароны разварились до несъедобной каши. С досады команданте, к ужасу ординарца, бросил 'кашу' в бульон с вареной курицей. Самое забавное, что блюдо получилось на удивление вкусным и сытным.
С той поры и повелось потчевать нежданных гостей отварным цыпленком с макаронами и приправлять угощение рассказами о боевой молодости команданте...

Если бы в молодости кто-нибудь сказал, что под старость он обзаведется собственностью, - Гарибальди в лучшем случае поднял бы наглеца на смех, а в худшем - взгрел бы так, что мало бы тому не показалось. Однако теперь ему принадлежала чуть ли не половина Капреры, и местные моряки называли его Большим синьором, что было верхом почтительности. Джузеппе усмехнулся - ведь никому не объяснить, что хозяин наотрез отказывался сдавать часть поместья, и только поэтому пришлось купить его целиком.
Он и не заметил, как оказался дома. И только аппетитный запах тушеного мяса заставил его остановиться, повести носом и прокричать:
- Чезарио!
Ординарец не ответил, но из глубины дома раздалось что-то похожее на громкое и недовольное ворчание. Гарибальди поспешил на кухню, где колдовал повар. Джузеппе огляделся. На столе уже стояло маисовое печенье, под салфеткой угадывалось шоколадное паве, а из кастрюли, стоявшей на плите, поднимался чудесный запах приготовленных по креольскому рецепту бычьих хвостов.
- По какому поводу пир? - нарочито строго спросил команданте, хотя предвкушение хорошего обеда радовало. - Мы никого не ждем. Или я ошибаюсь?
Чезарио опять что-то проворчал и отвернулся.
Только теперь Джузеппе заметил лежавшую на столе депешу. Прочтя ее, он все понял - давно назревавшая Франко-прусская война началась, и хорошо знавший своего хозяина ординарец догадался, что тот не преминет в нее ввязаться.
- Дорогой ты мой Чезарио... - Гарибальди опустился на стоявший возле стола табурет. - Значит, решил, что теперь мы уже не скоро поедим от души, вот и затеял большую готовку. - Джузеппе помолчал. - Я и не помню уже, когда ты меня так баловал. Шоколадное паве! - Он закатил глаза. - И была охота так утруждать себя?
Ординарец повернулся к хозяину, плечи его были опущены, а по лицу текли крупные, столь непривычные для старого солдата слезы.
- А если вас на этой войне убьют?
Гарибальди с трудом сдержался, чтобы и самому не расплакаться.
- Да кто же им это позволит, мой дорогой Чезарио? Если только мы сами?
...К счастью, ни Гарибальди, ни Чезарио на Франко-прусской войне не убили. Герой Италии прожил еще долгую жизнь и умер на руках верного ординарца в 1882 году от старости. Как и прежде, в последние годы жизни он любил рассказывать своим многочисленным друзьям историю отварного цыпленка с макаронами. Но теперь к его байкам добавилась еще одна: как верный ординарец хозяина на войну провожал.

Цыпленок а-ля Гарибальди

  • цыпленок потрошеный 1 шт.
  • морковь 1 шт.
  • макароны 100 г
  • соль, перец, карри
  • петрушка по вкусу

Тушку цыпленка вымыть, положить в кастрюлю, залить кипящей водой и варить 25-30 минут, посолить, поперчить. морковь очистить, мелко натереть, положить в кастрюлю и варить еще 10-15 минут. Вареного цыпленка вынуть из бульона, остудить и разрезать на порционные куски. Отдельно отварить макароны. готовые макароны снять с огня, воду слить, положить в приготовленный бульон вместе с кусочками цыпленка, приправить карри и довести до кипения. При подаче украсить петрушкой.

Владимир Креславский
Источник: 'На Здоровье! Просто, вкусно, полезно!'



Подписывайтесь на «Кулину» в Яндекс.Дзене и Telegram





 Версия для печати








Группа Kulina.Ru Одноклассниках!
Присоединяйтесь, рассказывай друзьям, готовьте и общайтесь!
 
Лучшие рецепты с фото с доставкой
Подписаться