Личный кабинет:
   
 Забыли пароль? Регистрация

Карпаччо для принца


На Рождество 1771 года в парижской Опере давали Гайдна. Действие было зрелищным и интересным, но если кто и следил за происходящим на сцене, то разве что балконы и галерка, заполненная студентами. В ложе известной светской львицы Элен Констанци Д'Эгмон расположились трое: сама графиня и два молодых человека, внешнее сходство которых подсказывало, что они были братьями. Младший скучал, в то время как старший не сводил влюбленного взгляда с обворожительной хозяйки ложи.

- Вы не смотрите на сцену, вам не нравится опера? - Д'Эгмон кокетливо прикоснулась к мушке на своей щеке.
- О какой музыке вы говорите?! Когда рядом вы...
Но закончить старшему из братьев не удалось - в дверь ложи еле слышно постучали, и через мгновение над молодыми людьми склонился посол шведского короля.
Выслушав его, старший встал и направился к выходу.
- Я буду ждать вас, ваше величество! - Пролепетала вдогонку Д'Эгмон.
Молодой человек обернулся и еле заметно опустил голову.

В 1770 году кронпринц Швеции Густав под именем графа Готландского, его младший брат Адольф и их наставник Карл Фредерик Шеффер, совершавшие путешествие по Европе, прибыли в Париж.
Нельзя сказать, что поездка была вызвана какой-то государственной необходимостью. Густав был рад любому поводу покинуть родину, на время сбежать от постылой жены - норвежской принцессы, брак с которой был совершен не по любви, а по настоянию августейших родителей. К тому же супруга шведского крон-принца интеллектом не блистала, тогда как наследник был воспитан на трудах известных философов Дени Дидро и Жан-Жака Руссо. И те, чьими произведениями Густав раньше зачитывался, теперь принимали его и даже выказывали уважение к его знаниям.
Но не только этим поразил Париж будущего короля. Его восхитил двор Людовика XV, его роскошь и раболепие челяди перед монархом. Балы, спектакли, маскарады. Дамы, чье очарование угадывалось даже под маской. Кавалеры, чей блеск и легкость речи не давали усомниться в их благородстве и уме.
Но особенно кронпринца восхитила французская кухня. Вроде бы и продукты те же, да вот только вкус иной. К примеру, спаржа! Ему дали отведать несколько блюд из этой деликатесной травы, но ни разу аромат не повторился: то под холодным соусом из шампиньонов, то под соусом 'Винегрет'. А однажды повар графини приготовил спаржу в простых сливках так, что кронпринц ее и вовсе не узнал - столь нежна и восхитительна она была.
Как-то на обеде у Людовика, воспользовавшись отсутствием гостей, Густав поинтересовался, что за чудо подали на горячее? Кузен выразил удивление и подобно уличной торговке запричитал:
- Какие глупости вы спрашиваете, мой друг, какие глупости! Это челяди пристало интересоваться, что да из чего приготовлено. А монаршее дело тонкое - чувствовать, властвовать и любить!
Но кронпринц не успокоился. Уже после обеда он попросил проводить его на королевскую кухню и со всей пристрастностью допросил кулинара о рецепте столь понравившегося ему горячего блюда. Оказалось, это были самые обычные бараньи котлеты, но под луковым соусом с томатной пастой!
В своем путевом блокноте Густав пометил: '1. Пригласить французского кулинара в Стокгольм. 2. Послать шведских поваров на обучение во Францию'.

...Осенью 1771 года во французской Опере Густаву сообщили о кончине отца. Мать требовала немедленного возвращения сына в Швецию. И после короткой, но необходимой аудиенции у французского кузена Густав поспешил на последнюю встречу с обворожительной графиней. В небольшом особняке на Рю де Плас было непривычно темно. Казалось, все вымерли, и только в глубине помещений угадывалось какое-то движение.
Молодой человек взбежал по лестнице и уверенно дернул на себя массивную дверь. Она послушно и на удивление легко поддалась. Небольшой холл освещался редкими свечами, но крон-принц довольно быстро пересек его. Было видно, что ему хорошо известны все закоулки дома, а в ночное время он даже более привычен для принца, нежели днем. Пробежав почти по всей анфиладе комнат и не найдя графини, Густав остановился и прислушался. Но из темноты неожиданно появилась она сама.
- Я вас ждала...
Молодой человек вздрогнул:
- Я завтра уезжаю... Д'Эгмон прикрыла губы кронпринца рукой:
- Конечно, ваше величество...
Молодой человек попытался поцеловать ее, но она увернулась:
- Позже, мой дорогой принц! Всё будет, но позже...
Взяв Густава за руку, она повела его в глубь особняка, не переставая при этом говорить:
- Вы в Париже уже год, ваше величество, и, наверное, узнали, что для нас важнее всех других три искусства: искусство любви, искусство беседы и искусство кулинарии.
- Ваши повара великолепны! - сумел выдохнуть молодой человек, но графиня снова прислонила палец к губам.
- Запомните, дорогой мой, что и повар, если он никогда не любил, не способен создать совершенное блюдо...
С каждым шагом запахи кухни становились все отчетливее, и молодой человек наконец понял, куда его ведут. Тем временем графиня продолжала:
- Мне приходилось встречать людей, которые считали, что для остроумных бесед нужна ясная голова и пустой желудок. Они же полагали, что заниматься любовью лучше без слов и натощак, а если получать удовольствие от еды, то лишь в одиночестве. Полнейшая чепуха, мой дорогой принц! И я вам готова это доказать.
Кухня, в которую Густава привела хозяйка дома, была ярко освещена. На плите что-то кипело, в углу на отдельном столике стоял уже приготовленный и затейливо украшенный десерт, вымытые фрукты были выложены на подоконник и обсыхали, но наибольший интерес у молодого человека вызвали две большие стеклянные ванночки, в одной из которых плескалась живая рыба, другая была наполнена красным вином.
- Что это? - еле слышно спросил зачарованный совершенными движениями рыб молодой человек.
Но вместо ответа графиня хлопнула в ладоши и обратилась к кому-то невидимому:
- Бенито! Объясните его величеству, что все это значит!
Только теперь Густав заметил невысокого кареглазого толстяка в белом колпаке, под который были убраны волосы. Тот подошел поближе и заговорил на хорошем французском языке, но с заметным итальянским акцентом:
- Мадам послала за мной несколько часов назад и попросила приготовить что-то особенное...
Графиня прервала:
- Бенито - настоящий волшебник, служит у Монморанси, но моя подруга герцогиня позволяет мне вызывать его, когда в том есть необходимость. Сегодня именно такой случай. Мы с вами видимся в последний раз, и я попрос-ла приготовить что-то достойное такого случая.
Графиня посмотрела на итальянца, и тот продолжил:
- Этот десерт, - повар указал на приготовленный торт, - довольно хорош, но чересчур сладок. Перед занятием любовью его лучше не есть, поскольку он может сыграть дурную роль - сладость на языке и тяжесть в животе помешают интимным играм. Это блюдо больше подходит для продления удовольствия, но не для его начала.
Молодой человек слушал вполуха. И итальянец это заметил. Он посмотрел на графиню, и та сделала ему знак продолжать. - Я хотел предложить вашему величеству птичий паштет или пюре из печени, но синьора пожелала удивить вас, и потому я остановился на рыбе...
Кронпринц не выдержал:
- Вы хотите сказать, что мы должны есть живую рыбу?!
Графиня дотронулась до руки своего гостя и тихо рассмеялась:
- Ну что вы, мой друг! Просто я попросила Бенито не только приготовить, но и показать нам, как он колдует над своим великолепным карпаччо.
Повар уже готовил, и Густав стал следить за его быстрыми, но не суетливыми движениями.
Первым делом итальянец выловил рыбу из аквариума с морской водой и опустил ее в чашу с вином. Та, немного потрепыхавшись, заснула и перевернулась на спину. Затем Бенито ловко ее разделал и освободил от костей. Одновременно он колдовал над соусом, которым затем полил ломтики лосося...
Что было дальше, молодой человек уже не видел - он был весь во власти долгожданного поцелуя... Карпаччо из лосося, приготовленное в последнюю ночь в Париже, кронпринц Густав вспоминал часто и с наслаждением, но добиться того же вкуса и неги от блюда в Стокгольме так и не смог. Возможно, потому что рациональные шведы отказывались усыплять рыбу в вине. Они резонно полагали, что как лосось, так и хорошее вино вполне можно употреблять и по отдельности.

Карпаччо из лосося

  • филе свежего лосося 300 г
  • вино сухое красное 2 стакана
  • яблоки 3 шт.
  • салат зеленый 1 пучок
  • салат рукола 1 пучок
  • лимонный сок 1 ст. л.
  • уксус винный 2 ст. л.
  • соевый соус 1 ст. л.
  • оливковое масло 6 ст. л.

Филе лосося положить в миску с вином на 20 минут. Затем вынуть, обсушить и нарезать тонкими ломтиками. Яблоки очистить, удалить сердцевину, нарезать тонкими дольками и сбрызнуть лимонным соком, чтобы не потемнели. Зеленый салат и руколу перебрать, промыть и обсушить. Приготовить соус: смешать уксус, соевый соус и масло. Выложить на сервировочное блюдо поочередно слоями ломтики рыбы и яблоки, не забывая каждый слой щедро перекладывать то листьями салата, то руколой. Полить приготовленным соусом, дать настояться 10-15 минут и подавать к столу.

Владимир Креславский
Источник: 'На Здоровье! Просто, вкусно, полезно!'



Подписывайтесь на «Кулину» в Яндекс.Дзене и Telegram





 Версия для печати






 
Лучшие рецепты с фото с доставкой
Подписаться